Он очень любил собак. Болонок в частности...
Далёкие Созвездия.
(главы 6-10)


Автор: Кермикель (она же Mariuelle)
Фэндом: Ориджиналы
Персонажи: Рейн, Аксель, Стэн...
Рейтинг: PG-13
Жанры: Ангст, Фэнтези, POV
Предупреждения: Смерть персонажа
Размер: Драббл
Статус: закончен

Описание:
"- И это было, - отозвался Аксель, вид у которого был, как у кота, объевшегося сметаной. Большого кота. Пятнистого. - Было, друзья мои, было!.."



6. Стоглавцы.
________________________________

...Рейн и Аксель, строившие сосредоточенные лица, упрямо пускали искры, малые, как орех, и крупные - как средний мяч, в стену. Сэйшуэль, как крупный червь, подтачивал её боевой магией с другой стороны. И так продолжалось уже неделю. Неделю они облепляли золотистой ватой заклинаний твёрдую гранитную стену. Неделю Стэн, пачкая мантию в земле - приходилось стоять на коленях на потрескавшемся полу - чертил руны разного происхождения на камнях. Надо признать, что и его захватывала эта работа... Но Аксель...Аксель просто горел ей.
- Стоглавцы! - восхищённо говорил он порой, когда они, устав от шебуршения в подвалах, сидели вокруг камина в гостиной отделения и лениво переговаривались. - Огромные, я готов даже простить им, что у них не сто голов, а одна.
- Стоглавцы - слово, произошедшее от названия города, Стоглав, где впервые - впервые, подчёркиваю! - были обнаружены следы их пребывания, - с умным видом вставлял Сэйши, с головы до пят перемазанный сероватой пылью.
- Умник, - с ленцой тянул Рейн, развалившись в кресле, которое они обычно делили с Аксом, ухитряясь помещаться на бархатной обивке вдвоём и с комфортом.
Аксель фыркал. Это считалось необидным. Судили по примеру прилежного Стэна. Его Рейн ещё не разу не назвал обидными сочетаниями слов, выражающих главную мысль о вреде "чрезмерного ботанства". Если бы Стэн трясся над своим авторитетом, он был бы признателен товарищу за это. А впрочем, он и так был благодарен. Незаметно, но Рейн-то знал.

***
Через месяц преграда удерживающая их по эту сторону подвала начала сдавать свои позиции. С каждым днём им всё проще было нашарить невидимую арку и вновь приняться подтачивать её, без устали выстреливая золотистыми искрами. Периодически раздававшийся в глубинах подвала рёв стоглавцев заставлял их подпрыгивать от тревожной неожиданности и хихикать заговорщицки и нервно.
Природа стряхивала снег со своего потускневшего за ледяную зиму наряда. Освобождались из-под белоснежного ковра кусты и причудливой формы валуны. Пробивались отовсюду упорные изумрудные росточки. С каждым днём миг их общего торжества приближался, с каждым заклинанием стена становилась для них всё тоньше, с каждым мигом в глазах Акселя ярче разгоралось нетерпеливое пламя.

На дворе стоял ясный, светлый март. Подвал наполнился душными прелыми запахами земли, сырости и почвы. В тот день, в тот час, в то мгновение они устроили перекур, рассевшись на холодной земле и остужая энергией горящие головы. Стэн нашёл, что это время сгодится для поглощения очередной главы книги "Весенние перевёртыши. Разнообразие характеров и личин."...а, может, даже двух. Рейн разлёгся прямо на грязном полу подвала, подложив под голову руки. В спутанных волосах застряли липкие комочки земли, перемазанное лицо казалось в полутьме, озаряемой лишь мягким свечением медовых факелов, под которыми и пристроился Стэн, почти чёрным. Сэйши, обхватив колени руками, уткнулся в учебник. Он феноменальной памятью и особыми талантами не обладал, зато честностью щеголял, поэтому зубрил всякую свободную минуту, не щадя ни себя, ни учебники, замызганные и измятые, затасканные по подвалам.

Акселю на месте не сиделось. Он бродил по подвалу, касаясь руками гранита, проседавшего под его ладонями, и предусмотрительно огибая потускневшие нити старых защитных заклятий. Магические стены, понатыканные ими самими, горели, напротив, кислотным фиолетовым цветом и вреда хозяевам не причиняли. Аксель остановился в трёх шагах от друзей и с каким-то тревожным интересом ткнул кулаком стену в определённом месте. Рейн приподнялся на локтях, заметив манёвры друга:
- Акс, что ты делаешь?
Аксель не успел ответить. С громким "чавком" его втянуло в стену. Раз - и нет!
Рейн вскочил, рядом тут же оказались Стэн и Сэйши, отбросившие свои книги. Что-то пошло не по плану...

***
В прошлом своём Аксель обожал карусели. Когда летишь с огромной высоты, желудок сжимается в комок, а сердце стучит где-то во рту, не давая даже крикнуть. Конечно, среди золотистых, фиолетовых, багровых магических полос, мельтешения красок, воспоминание о подобных ощущениях заметно смазалось, смазалось уже давно, но сейчас... Кувыркаясь, он летел вниз, безвольной куклой. Не хватало времени даже вдохнуть воздуха для крика. Короткие всхлипы, что-то вроде "А! А!", но никак не "Ааааа!!!" Даже мысли были какими-то короткими, и не успевали оставить свой след в мозгу.
"Ну...всё...до...сту...чал...ся!.."

Он с размаху влетел во что-то если не мягкое, то хотя бы не гранитное. Точно не камень. Спружинил, подскочил метра на два и опять ухнул вниз. Голова загудела. Аксель встряхнулся и, пошатываясь по вполне определённым причинам, поднялся. И тут же чуть не бросился ничком на место своего приземления. Над ним нависала огромная, с Сиреневый Валун ростом, косматая, обросшая густой клочковатой бородой голова. И не одна. Три, целых три! А сам Аксель лежал на громадной, как расстояние от Земли до Неба, ладони одного из гигантов. Сердце ухнуло куда-то ближе к коленям. И впервые за этот месяц он подумал, что, может быть, только может быть, это была довольно неудачная идея...
Гигант, держащий его, выдал что-то вроде ухмылки и протянул толстый, в три ширины самого Акселя, палец к юноше. Аксель заслонился руками, но не зажмурился. Хотелось увидеть такой...необычный...конец. Пусть и свой конец. Однако стоглавец, не тронув его даже, отдёрнул палец.
- КТО...ТЫ? - несколько коверкая слова, с большим усердием вывел он густым, грохочущим басом.
Убивать его явно не собирались, и Аксель поднялся, прикидывая, как громко надо кричать, чтобы гиганты его услышали. Но не успел он ответить, как с неба с громким воплем упал взлохмаченный Рейн. Ловить его было безумием, но Аксель попробовал. И почти поймал, но Рейн оказался тяжелее, чем он рассчитывал, да и свалившийся следом Стэн заметно подпортил трюк, и без того не удавшийся. Они все трое грузно свалились на ладонь стоглавца, даже не поморщившегося от подобных пируэтов. Летевший следом Сэйши вполне удачно приземлился сверху на них. Аксель, придавленный тремя тяжёлыми телами, пискнул где-то внизу, выкарабкиваясь из-под Рейна, который увлечённо тряс головой, раздумывая, не щёлкнуло ли где-то внутри мозга, и можно ли будет это поправить.

Аксель наконец поднялся и, приняв устойчивое положение, громко и чётко, срывая голос, обратился к стоглавцу, с вековым терпением ожидавшему его ответ. Того, казалось, позабавили их выкрутасы. Другие двое тесно столпились вокруг старшего собрата, навострив заросшие уши на волну голоса Акселя.
- Моё имя Аксель Лэвис! - крикнул Аксель настолько громко, насколько мог. От него не укрылось, что Рейн всё же скептически покачал головой. Подумав немного, Аксель назвал друзей и, прибавив голоса, крикнул:
- Мы делали этот ход в надежде увидеть вашу мощь! У нас не было ни одного дурного намерения!
- Какие уж тут дурные намерения, - тихо проворчал Рейн, вставший рядом с Акселем и глазевший на стоглавцев во все глаза. - Против таких-то...
- МЫ РАДЫ, ЧТО ВЫ НАШЛИ НАС! - проревели три головы одновременно. - ПОСЛЕ ТОО, КАК НАС ЗАТОЧИЛИ ЗДЕСЬ, НАМ ТАК СКУЧНО. НАШИ ИМЕНА - БРОДАМ, ВИТТЕР И БУРЕЛЬ. МОГУЧИЕ СТОГЛАВЦЫ!
- Если вам скучно, могу предложить карты...игра в карты! - смело подал голос Рейн.
Аксель пихнул его в бок и фыркнул едва слышно:
- Предложил... Карты твои им даже на зуб не подойдут, лилипут!
Стоглавцы, привыкшие к тысячелетнему ожиданию, терпеливо вынесли их тихий разговор. После Виттер подал голос:
- КАК ТАМ МИР ВЕРХНИЙ? - нетерпение сквозило в каждой букве, произносимой им. - ЕЩЁ ПРАВИТ ЦЕЗАРЬ?
- Цезарь, Цезарь, милый старикашка... - пробормотал Рейн. - Они отстали от жизни лет этак на тысячи две. Поведаем нашим крупным друзьям о нововведениях?

Удобно рассевшись на заскорузлой ладони гиганта, они наперебой делились с ним и его притихшими братьями произошедшими в мире переменами. Пока Рейн пытался наскрести в своей памяти отрывки из магической истории, Стэн успевал рассказать стоглавцам о правлении какого-нибудь из Людвихгов Изумрудных, членов древнего магического рода. Уставшего кричать заменяли друзья. Время в подвале летело довольно незаметно, и нескоро ребята спохватились, что есть ещё мир иной, помимо чёрного отсыревшего подземелья, согретого тяжёлым дыханием братьев-стоглавцев. Настала пора расставания. Аксель, расчувствовавшись, обнял толстый палец Бродама. Рейн фыркнул по привычке, но как-то неуверенно.
- МЫ ЗАПОМНИМ ВАС, АК-ЕЛЬ, ЕЙН, ТЭН И ЭЙШИ! ЗАПОМНИМ, КАК ДРУЗЕЙ! - печально сказала голова Виттера, тряся спутанной гривой. - ВАМ ПОРА. НАВЕСТИТЕ НАС КОГДА-НИТЬ! ЕСЛИ СМОЖЕТЕ...

Немногословное прощание, и, быть может, Аксель не так представлял себе встречу с древними гигантами, но восхищение переполняло его душу. Бродам, стоглавец, держащий их в ладони, воздел руку, поднеся друзей к потолку подвала, к той самой трещине, через которую они сюда и провалились, и подтолкнул наружу. Подтолкнул он, может быть, и легонько, легонько по мерам гиганта, но ребята вылетели из трещины, как пробка из бутылки магического шампанского. Рейн потряс головой и прислушался, насторожившись, словно пёс.
- Мы правда были там, парни? - неуверенно спросил он. - У...стоглавцев?
Стэн поднялся.
- О, да. Потомки будут нами гордиться, - по своему обычаю спокойно произнёс он.
- И мы рассказывали им про Цезаря? - не унимался Рейн. - И про Мерессию Вторую Златогривую, председательницу Красной Коалиции в 1567 году??
- И это было, - отозвался Аксель, вид у которого был, как у кота, объевшегося сметаной. Большого кота. Пятнистого. - Было, друзья мои, было!..

_______________________________


7. Ревности Клубок.
___________________________

..."Ревновал ли я? Пожалуй, отнекиваться абсолютно бесполезно. Конечно, мысли мелькали самые разные, но все стекались к одной: "Как же так? Был Аксель со мной, а теперь в его пространство вторгся кто-то ещё!"
...Да, я вынужден признать, она отлично подходит ему. Акселю нужно защищать кого-то, заботиться... Хотя, Мириэль вовсе не беззаботная, ранимая пташка. Этот бесстрашный маленький кулачок может расквасить нос кому угодно! И кто после этого посмеет её обидеть? В общем-то, в случае с Акселем любая попытка обидеть Мириэль равняется добровольному прыжку с Оранжерейной башни без подстраховочного заклинания. Я ловлю себя на мысли, что тоже не дам её в обиду, если вдруг... Если эта девчушка нравится Акселю, значит, она нравится и мне!.."

***
- Ты не с Акселем?
Рейн вздрогнул, когда голос Стэна разбил быстрый поток его мыслей.
- Стэн, я и забыл, что ты здесь... - пробормотал он, откидываясь на стуле. - А я должен быть с Акселем?
И тут же поймал себя на мысли, что последние слова прозвучали грубовато. Сработало подобие защитной реакции. Как бы то ни было, а от души откалывались ороговевшие чешуйки. Иногда Рейну хотелось целиком зарыться в ностальгию и не высовывать нос из-под одеяла утешительных воспоминаний.
Рейн бросил взгляд исподлобья на Стэна. Тот, не поднимая глаз, чертил что-то в тетради. Рейн чуть вытянул шею. Ровные треугольники. Даже, кажется, прямоугольные.
Тонкие пальцы Стэна захлопнули тетрадь. Лёгкая, такая стэновская улыбка тронула ниточку губ:
- Ну сиди, лелей свои переживания. Возможно, ты просто себя накрутил.
Он ушёл, бесшумно до абсолютизма притворив дверь.
Рейн выдавил хмык. Хмыки у него всегда выходили безупречно, гордые и надменные, приятельские и понимающие. Но этот отчего-то не удался.

Дверь снова пришла в движение, на этот раз с характерным шумом, и качающийся на стуле Рейн чуть не навернулся. Вовремя выровнялся, и подсознание выдало смущённый жест - взъерошил волосы. На макушку легла тёплая рука:
- Совсем расклеился, приятель? Сунуть головой в океанские потоки?
Голос у Акселя такой же, как и всегда. Весёлый, беззаботный и выдаёт невинную овечку. Рейн без раздражения стряхнул его руку, мотнув головой: - Давно не виделись.
- Да? - Аксель плюхнулся рядом на стул. - Пойдём, побродим?
Рейн хотел к нему развернуться, но что-то не рассчитал с углом, отвернулся ещё больше, куда-то в окно глядя:
- Почему со мной?
- А с кем ещё?! - в голосе друга сквозило столь неприкрытое изумление - оно же осталось и в его глазах, когда умолкли последние отголоски фразы - что Рейн задумался, может, Акс и правда не прикидывается? Снова откинулся на стуле, качнулся. Аксель машинально проследил взглядом за траекторией его раскачивания.
- С Белли, разве нет?.. - Рейн постарался, чтобы его голос звучал как можно равнодушней. Он никогда и словом не расстроит Белли, и не только потому, что она с Акселем. Она не похожа на других, яркий свет среди серых однообразных теней, к вниманию которых он так привык. Акселю не найти лучше неё... Но всё-таки ему было обидно.
- Подожди! - Аксель вскочил, вздёрнул друга со стула. На его щеках возле ямочек прыгали пятна румянца. Рейн знал, что они появляются, когда его друг переживает резкий всплеск чувств. Взглянув в зелёные глаза Акселя, он понял, что на сей раз это изумление, смешанное с яростью.
- Ты что это, думал, я просто так возьму и перечеркну всё?! Разве я могу, разве посмею, Рейн? Мы друзья...друзья навеки, чтобы...не случилось. А ты...ты мог усомниться, подумать такое!
Румянец расплескался по щекам Акселя, глаза вспыхивали огнём. Рейн опустил взгляд на галстук с символикой Светлого отделения на шее друга.
- Ну вот... Теперь я чувствую себя виноватым, - удрученно проворчал он. - Доволен?
- Нет, - отчеканил Аксель. Руки словно железные оковы на поникших плечах Рейна. Ощущались явственно. Рейн пошевелился. Неудобно, ещё и это гадкое чувство вины...

Они не заметили, как он вошёл, не услышали его шагов, не заметили его тени, прислонившейся к дверному косяку. И оба вздрогнули, услышав его голос:
- Он ревновал тебя.
- Стэн, чтоб тебя... - проворчал Рейн.
Теперь его самым ярким желанием было провалиться сквозь землю. Немедля. Пока на щеках Акселя снова не вспыхнули бордовые пятна.
- Правда?
Рейн так привык к громкому голосу друга, что даже вздрогнул, услышав совсем тихие слова. Хмыкнул от неожиданности и не прошедшего ещё смущения. Сам себе признался, что опять получилось как-то жалко. Аксель дёрнул его к себе, сжал в крепком объятии, не смущаясь незаметного присутствия Стэна.
- Никогда, вообще-то... Никогда. Как ты мог такое...вообразить вообще?! Пойдём, пойдём облазаем все наши закоулки, исследуем все норы!.. Прямо сейчас, с тобой.
Рейн вскинул голову, с облегчением почувствовав прилив былой заносчивости. Проклятие семейных ценностей. Сейчас как нельзя кстати.
- Мне нравится твоя подружка, - весело заметил он, закидывая руку Акселю на плечо. - С ней ты будешь счастлив!..

_________________________________


8. Наваждение.

_________________________________

...- Подчинись мне!
Сияли...его глаза сияли. Чужой, фигура чёрная... Незнакомец стоял, заслоняя луну широкой, неестественно бугристой спиной. Стэн сопротивлялся...сопротивлялся. Голоса друзей, весёлые, довольные жизнью в полной мере, доносились из-за ближайшего поворота. Стэн пытался на них сосредоточиться, сейчас, сейчас подойдут, избавят его...
Не вышло! Незнакомец издал ликующий, гортанный, птичий будто, крик.
Стэн запрокинул голову, не в силах противиться больше. Тучи разлетелись вдребезги, и в небесную прореху хлынула густая чернота. Он заполнила его голову, залепила рот и нос, со звоном ворвалась в глаза, расширив радужку. Слишком поздно. Слишком...

Стэн замер на снегу, чуть пошатываясь и нелепо, неестественно растопырив пальцы на руках. Аксель, вынырнувший из-за угла, замер, машинально нащупывая магический браслет под рукавом. Сэйшуэль, про всё на свете забыв, с ними не пошёл, только рукой махнул, и лепил теперь снежную женщину у окраины рощи. Рейн был рядом. Напряжённо застывший.
- Ты...почему остановился? - шепнул Рейн. Спросил так, к слову, ибо сам знал ответ.
- Тень мелькнула, - Аксель не разжимал губ. - Страшная такая... И дыханием мертвенным от неё веяло... Стэн стоит, не шевелится, тоже видел, наверное...
Он шагнул к их другу, руку на плечо положил:
- Что случилось, Стэн? Услышал что?
Все они привыкли уже, что Стэн каким-то фантастическим чутьём замечает приближающиеся тени раньше их троих. Стэн, не отвечая, отвёл взгляд от неба и медленно вгляделся в глаза друга. Что-то мелькнуло в его расширившихся, потемневших зрачках, ненастораживающее даже, и Аксель улыбнулся, сделал шаг, чтобы потрепать Стэна по волосам... Рейн рванул его назад, и в тот же миг морозный воздух прорезал крик.
Задыхаясь, Стэн упал на колени в снег, как подкошенный, дрожа всем телом. Глаза его закатились и снова вспыхнули. Пронзительным зелёным светом.
Аксель сжался. Рейн чувствовал, как дрожит рука друга.
- Тень! Опять...опять..!
Тёмное пятно, расплывчатая каракатица, скользнуло по неестественно белому снегу и легко слилось с фигурой дрожащего Стэна.

Единое целое...единое целое с тьмой...

Всё меньше в их товарище оставалось разумного, стэновского такого... Последний стон, перешедший в глухой хрип. Стэн замер на снегу, уткнувшись лбом в колени. Застыли и друзья, надеясь, но осознавая, что уже ничего не поправить.
Повисла тишина. Гнетущая, тяжёлая...
- Он не наш...не наш, - прошептал Аксель - словно озноб его колотил. - Ты видел?..видел? Тень - они теперь одно целое.

***
Белоснежный пласт снега сорвался со спящей берёзы и хрустнул издевательски, разбиваясь. Аксель услышал шорох рядом. Рейн, не отрывая взгляда от скорчившегося на снегу Стэна, нервным жестом провернул браслет на правой руке.
Уши неизвестного чудища, миг назад бывшего их другом и имевшего, что страшнее всего, облик Стэна, насторожились. Острые теперь, тонкие, чужие. Стэн...Стэн ли это?..выпрямился.

Это был уже не он, не он! Аксель прижал руку в варежке ко рту. Собраться с силами. Рейн решился быстрее. Отодвинул его и шагнул вперёд, стиснув пальце на браслете. Фигура напряжена, от былой беззаботности ни следа. Но голос тёплый, мягкий, хоть и дрожит чуть-чуть. Совсем немного.
- Стэн...
Аксель поспешно взялся за свой браслет, не совсем понимая, что собирается делать друг. Стэн вперил взгляд в Рейна. Горящий, алчный...
Аксель лихорадочно пытался предугадать его намерения и оттолкнуть Рейна в случае чего...
- Вы. Должны. Подчиниться.
Рейн отпрянул.
- Какая глупость, Стэн! - слёзы дрогнули в его сорвавшемся голосе. - Это не ты говоришь, сопротивляйся!
- Подчинитесь же!
Стэн молнией сорвался с места, подгоняемый вцепившейся в его душу тенью.
Рейн с криком отпрянул, сшибив Акселя. И они оба рухнули в сугроб, принявший их в ледяные объятия. Но даже беспощадный мороз показался Акселю сладостью, по сравнению с плотоядным взором попавшего во власть небесной тьмы друга.
"Грааах!!!"
Стэн грузно, с перекошенным лицом яростным, рухнул на четвереньки, зачерпнул растопыренными пальцами пригоршню снега в ужасно близком расстоянии от ног Акселя. Хватаясь друг за друга, они отползли назад, оставляя за собой похожий на гусеницу глубокий след. Варежка Рейна одиноко валялась в этом снежном жёлобе.

Стэн выпрямился, вновь спокойный. Его глаза...расчётливые и холодные. Акселю хотелось умереть мгновенно, лишь бы не видеть, не видеть изменившегося друга... В ушах стучали упорные молоточки, звон прилипал к барабанным перепонкам, мешая собраться. Рейн поднялся, прямой и сосредоточенный. Аксель возился ещё в снегу, и страх плотным кольцом охватывал его душу. Не за себя страх... Страх, что Стэн навсегда...навсегда останется...Таким.

- Подчинись. Человек. Ты слаб, ты знаешь!
Рейн улыбнулся коротко, вдохнул морозный воздух шумно и...бросился к Стэну. Обхватил крепко за пояс, зашептал, захлёбываясь:
- Ты знаешь, ты знаешь, что это не так... Это просто тень, тень. Жестокая, плотоядная и трусливая... Трусливая, без тебя действовать не может! Борись, Стэн!..
Стэн застыл с остекленевшим взглядом. Заговорил вновь, но Акселю, вскочившему уже, непонимающему, показалось, что голос тени раздался уже не из уст их товарища, а где-то в районе его уха.
- Не. Выйдет.
- Вышло! - яростно крикнул Рейн, споря то ли с отвратительным тёмным чудовищем, то ли с самим собой. - Стэн! Стэн!
Стэн встряхнулся резким движением. Он сильный был... Глаза его вспыхнули нечеловеческим страхом, а крик будто из самого сердца вырвался. И разделился этот крик в морозном воздухе. На голос человеческий, полный боли, и жестокий, холодный скрип.
Рейн, не выпускавший Стэна из крепкой хватки, делившийся с ним своей жизненной энергией и силой, крикнул, торжествуя:
- Гони его, гони!
И захлебнулся своим же восклицанием, когда ночи монстр, сплетя все силы в один клубок, толкнул их обоих к обрыву... Акселю недвижимому, растерянному, показалось, что время застыло. Но в следующий миг, в следующий миг они сорвались и, не расцепляя хватки, покатились вниз, собирая на тела пласты снега.
- Рейн! - крикнул Аксель, и его голос сорвался на отчаянный, писк почти. Снизу, прорезав тишину, раздался звонкий, полный боли визг...животный или же человеческий уже. Аксель кубарем скатился со склона вслед за друзьями и мощным, звериным почти, прыжком приземлился у подножия утёса.

Они были рядом... Настолько рядом, что можно было дотронуться, стоит только руку протянуть. Рейн навалился на лежащего на спине Стэна. Не замечал Акселя, не видел. Крепко прижимая к земле тонкие запястья их несчастного товарища, он горячо шептал:
- Стэн... Стэн. Ты человек. Не чудовище, не тень! Ты наш друг! Стэн, мы с тобой, здесь с тобой... И так будет всегда. Стэн!..

Освобождаясь от власти тени, Стэн широко распахнул глаза и разинул в беззвучном крике рот. Судорога встряхнула его тело, и оно обмякло. Черты лица размытыми показались на миг, но после успокоенное выражение тронуло их тёплой кистью. Дыхание рванулось хрипом и горячим паром из отяжелевших губ. Из горла Рейна вырвался вздох облегчения. Он уткнулся лбом в шею дрожащего в мелких судорогах Стэна.

Аксель присел рядом, виноватый, и коснулся плеча Рейна. Тот вздрогнул, как от удара, поднял мутные глаза. Секунду Акселю казалось, что его не узнают, что Рейн даже не может сфокусировать взгляд на его лице. Но через миг друг улыбнулся, хотя улыбка его больше напоминала оскал. Аксель погладил его по голове, стараясь скрыть тревогу. Есть ли в произошедшем его вина? Не среагировал, не сообразил...не уберёг.
- Мутные пятна, да, дружок? - было ли это улыбкой или он даже улыбаться не мог. Но Рейн понял мутнеющим разумом. Улыбнулся снова, уже мягче, приподнялся на ладонях и, качнувшись, неловко рухнул в снег рядом с бьющимся в лихорадке Стэном.
- Рейн! - Аксель постарался смягчить тряску за плечо до минимума, но паника наплывала неудержимо. Сразу оба, оба друга... - Стэн!..
Не уследил. Не смог.
- Кто-нибудь!..
Не уберёг, не уберёг...

***
По самым оптимистичным прогнозам они оба должны были проваляться в больничном крыле неделю. Однако, Рейн очнулся в тот же момент, когда Сэйши принёс дежурившему у их постелей Акселю горячие блинчики. Словно учуял.
- Эй... Дай.
Аксель, задумчиво держащий блинчик в руке, иногда пожёвывая вместо него воздух, вздрогнул, услышав совсем тихий голос Рейна. Напоминавшая конечность запелёнутых в бинты мумий рука друга тянулась к его блинчику с завидным упорством для больного. Аксель дёрнулся вперёд вне себя от радости, но резко дал обратный ход, испугавшись потревожить обработанные раны Рейна. Протянул ему блинчик и, всё же не удержавшись, потрепал по макушке. Жующий Рейн довольно зажмурился. Словно кот. Он проглотил клубничку из блинчика и вмиг посерьёзнел, кропотливо восстанавливая в памяти недавние события:
- Стэн?
Аксель указал на соседнюю кровать. Стэн спал тихим сном, натянув одеяло до подбородка. Мирный во сне, кроткий, как и всегда...
- ...Словно, ничего и не было, - привычно закончил его мысли Рейн. Задумался на миг, оживлённо пихнул Акселя локтём и моментально заохал. Однако, собравшись с разбегающимися мыслями, быстро оправился. - Эй, Акс!
Аксель тряхнул головой, проследил за встревоженным взглядом Рейна. Морщинки, совсем мелкие, залегли под тёмными веками его друга.
- Он по дороге вывалился, кажется... - Рейн поморщился страдальчески. - Я почувствовал. Толкнул с силой и отлетел. Злился. Обессилевший был. Вернётся, я так думаю.
- ...Мы же будем с ним теперь, верно? - Аксель не сводил глаз с бледного, словно облепленного прозрачными тенями прошлого, лица Стэна. - Подгадаем момент...
Рейн кивнул и, морщась, сел:
- Не оставим его...

_________________________________

9. Послание.
(в этой главе впервые упоминается Мэтт Лэвис, сын Акселя и будущий герой ориджинала "Серебряные Леса"...)

__________________________

...- Лёд. Ощущение подобное возникает, когда человек, создавший такую вещь умирает. Те, кто знал его большее время, ощущают этот холод яснее.

- Разбить? Разбить - значит, уничтожить?

- Ну отчего так... Послание. Странные штуки эти послания... Прослушать их можно единственно - разбив.

- Аксель... Аксель - создатель. Он говорил, он дышал...

- Бросай же. Жалеть поздно о разбившемся хрустале. И пусть это всё прояснит.

- Там не прячется чудовище. Чудовища вообще не прячутся. Они выжидают.

***
Хрустальный шар сделал ровно три переворота в воздухе и гулко ухнул на пол комнаты.
"Дзец-нь!"
Осколки белоснежного хрусталя среди битых черепков, комьев земли и чёрной шерсти. Клочьями заклубился рваный дым. Что-то звякнуло, разбилось, глухой звук, будто из прошлого. А потом - голос... Голос из прошлого... Эти знакомые нотки, мягкие, отложившиеся в истерзанной памяти...

"Мальборн! Сцилла! Стэн, друг!.. Члены Золотого Братства! Мы могли бы уйти, но...остаёмся. Странно, правда? Подмога нам не нужна, мы полны решимости остаться в живых. Решимость... Решимость - она вещь странная.
...К Стэну обращаюсь. Рейна вызвали в Красную Коалицию, и от него нет вестей уже около часа. Долгий час. Что ж, по крайней мере...он в безопасности. Да, знаю, ты сжимаешь сейчас губы в тонкую ниточку...да, да, я хотел, хотел для него безопасности. Пусть он пока ничего не знает, а то примчится помогать, ты же знаешь его, - смешок в голосе. - Его жизнью я не хочу жертвовать. И прошу тебя...как самый разумный из нас...не вздумай и сам мчаться нам на помощь. Мы справимся, ты же веришь в меня?.. Мириэль - храбрая девочка, да и Мэтти с утра не плачет, смеётся, не поверишь!..
И в доказательство своей боеспособности я приглашаю вас в четверг к нам на чай. Мира испечёт свои фирменные пирожки, они же объеденье, правда? Да и Мэтти уже давно интересуется когда же его посетят "Йейн и Тэн... А если серьёзно... Я не ожидал такого...от него...ты ведь знаешь, о ком я? Ты знаешь, да Рейн не знает ещё... Если нам суждено остаться здесь навеки - я уже не сомневаюсь, но усомнись хоть ты, прошу - присмотри за Рейном и убедись, чтобы Сэйшуэль...цел останется. Он всё же брат... Я не говорю "прощай", но Мэтти расплакался отчего-то. Зубки режутся... До встречи. Когда-нибудь она произойдёт. Ты ведь веришь?
И Рейн...верить должен. Мутные пятна, да, дружок?.."

_____________________________

10. Как песок, сквозь пальцы...
________________________

...Тягучий полумрак скрывал в своих тёмных недрах маленькую комнатушку, одну из тех типовых, что сдаются в качестве дешёвой
жилплощади несостоятельным гражданам. Тесная, закопчённая. Сквозь дырку в мутном стекле явственно просачивались звуки с
улицы, что-то наподобие отрывистых фырков.

Высокий, тесно ему в комнатушке той было, раздражённо бродил он по неказистому пристанищу своему, задевая руками плотно прижавшуюся друг к другу боками мебель, спотыкаясь о сдвинутые стулья.
Чёрные, как вороново крыло, волосы его волнами на плечи спускались, шею закрывая, затемняя лицо. И на лице этом, красивом,
с твёрдыми, аристократически-надменными чертами, можно было невооруженным взглядом разглядеть неприкрытую и от этого ещё
более отчаянную злость. Печать сожаления. Сломленная натура. Гордость не спасала. Вина наполняла душу, как шампань дешёвый.

От давно не топленного камина в углу комнаты веяло холодом. Словно, и не призван камин издревле служить для подачи тепла
людям. В старом кресле с сиротливо вылезающей обивкой угадывались очертания ещё одной фигуры. Резко каркнула за окном ворона,
и глухо звякнуло, отразившись от зеркальной стены:
- Прекрати.
Резко замер темноволосый, как охотничий пёс, учуявший лисицу. Серые глаза тяжелым, не прощающим никому, себе в особенности, взглядом смерили говорившего. Тот, нимало не смутившись, продолжил:
- Ты считаешь, что своим мельтешением поможешь души невинные спасти? Или Акселя, кого ты там пытаешься..?

Словно оскал промелькнул на красивом лице, очернённом печалью прошлого:
- Что предпринять, куда бежать, за чью жизнь хвататься вначале?! Я не имею понятия, что должен сделать! Но что-то ведь должно быть... Стэн, мы такие жалкие!
Тот, кого он назвал Стэном, отвёл взгляд от его лица и посмотрел себе под ноги:
- Ты думаешь об Акселе?
- Он бы предпринял что-то! - горячо воскликнул его собеседник. - Не оставил бы своего ребёнка...и нас бы не оставил, если бы мог... Если бы!..
- Не твоя забота это, Рейн, - тихо перебил его Стэн. - Лучше будет...поверь мне...если ты просто забудешь! Нет, - перебил он нетерпеливое движение Рейна. - Тебя никто, никто не может, не собирается заставить забыть Акселя. Аксель - это Аксель, но всё прочее... Не касается тебя. Его ребёнок, его кровь. Его и Мириэль. Вырастет, поступит в Брайселонд. И мы...мы отяжелеем, женимся... Будем сидеть в креслах...и вспоминать... О Великий Завоеватель, что я несу?..
Крик Стэна глухим стуком отразился от закопчённого, потемневшего зеркала.

- Вспоминать! - Рейн крикнул яростно, словно боль прогнать пытаясь. - Вспоминать что? Что? Его глаза, сияющие изумруды...или, может, смех, светлый яркий лучик? Что из этого поможет мне, что утешит?
Стэн, головой поникнув, шепнул, раздавленный гнетущей печалью:
- Это...забота не наша.
- Ему хорошо, он не страдает... Аксель, Аксель...я говорил тебе когда-нибудь, как сильно ненавижу те моменты, когда не значу для тебя ничего, когда изменить не могу ничего? - Рейн помолчал, унимая яростно вращающийся волчок своей печали, потом сказал звенящим голосом - о, как он был спокоен:
- Значит, ничего?
- Ничего, - блик света скользнул по волосам Стэна, позолотив их. За окном зарычала собака. Рейн молча встал и вышел, по кошачьи бесшумно.

...Песок и сажа со стуком едва слышным осыпались с решётки камина, и мерно вздыхало пламя, сожалея об угольках растаявших, боль неизлечимую сокрыв в глубинах своих жарких...

__________________________________

@темы: "Предыстория", "Далёкие Созвездия", "Аксель Лэвис"